напугала. Теперь восстановил свои силы и хочет меня разорвать. Причем сделает это даже не напрягаясь.
Я сижу под куполом энергозащиты, лишенный своих способностей. У меня нет союзников, а охрана считает конченным психопатом. Приходи и бери голыми руками!
Наверняка послал Людмилу Рюмину на разведку, чтоб она осмотрелась. Закосила под полную дуру, пытаясь «договориться», а сама определила число охранников, качество заградительных сооружений и все такое.
Ему останется просто сюда прийти, вырубить несколько мужиков в серой форме, отключить защиту и… прикончить меня, как щенка. Ну уж нет! Я не стану легкой мишенью. Пусть только попробует, упырь чертов!
Легко говорить, когда есть чем крыть. А у меня одни минусы. Значит надо отыскать плюсы, хоть что-нибудь положительное.
Я стал ходить по камере взад-вперед, как генерал перед важным наступлением. Если так посудить, то Исправительная Академия лучше, чем чистое поле. Здесь много построек и толпы людей. Не знаю, как это использовать, но можно записать в плюсы.
Я точно знаю, что Господин нападет, причем сделает это довольно скоро. Предупрежден, значит вооружен. Конечно, лучше автоматический плазмомет, но и это сойдёт.
Кроме того, у меня есть солдатская смекалка и куча навыков. Как ни крути, это лучше, чем быть обычным подростком. Нужно просто немного собраться. Двигаться дальше без нервотрепки, четко поставив задачи. Уверен, это даст результаты. Справедливость на моей стороне!
— Ааа, твари, чудовища! Как вы смеете вообще, гады? — меня вырвал из тяжелых раздумий голос какого-то пацана.
Я немного напрягся, вспоминая последние события. Это же тот чувак, что хотел «заколоть себя» вилкой в столовой! Наверняка не вылезает из преисподней со своим истеричным характером.
— Эй, вы что не слышите меня что ли??? У моего отца свиноферма, он вас порвет! — орал истеричный пацан. — Все, я сейчас разобью голову о стену, и вы будете виноваты!
Вскоре раздался глухой удар, затем громкий стон.
— Ай, нет… это слишком больно. Тогда знаете, что… Я будут заниматься рукоблудием до смерти! Точно, убью себя вам назло. И начну уже прямо сейчас. Все… начинаю. Смотрите, смотрите все.
— Э, придурок из двадцать шестой! Ты нас уже достал, дебил чертов! Сейчас пойдешь в карцер, там тебе самое место, — раскатился по коридору голос охранника, а следом тяжелые шаги в сторону дебошира.
Странный пацан отвлек меня своим воплем. Я стал откровенно ржать, свалился на шконку и лежал там какое-то время. Ночь быстро опустилась на академию. Мне вновь захотелось спать, что я тут же и сделал. Почему бы не выспаться в волю, раз уж я на курорте?
* * *
Высокая сухая женщина лет сорока пяти сидела в дорогом кресле обитом черной кожей. Ее кабинет смотрелся довольно скромно. Но на его обустройство ушли сотни тысяч имперских рублей.
Чего стоит один компьютер, который отличался мощностью и работоспособностью, являясь несбыточной мечтой простых офисных сотрудников.
Но она — глава Комитета по работе с трудными подростками, могла себе это позволить. Как-никак выполняет важные задачи, зачищая дворянские школы от злостных нарушителей дисциплины. Так что сам бог велел.
Хотя, она не любила роскошь. Скорее, ее интересовала практичность. Например, даже невзрачные стеновые панели здесь были выполнены из редких сортов древесины, потому что она очень прочная. А не для дешевого понта. Или… кто знает.
Дамочка смотрелась старше своих лет, ходила в черных полосатых пиджаках крайне строго вида. Но при этом любила краситься, периодически поправляя свой макияж.
Сейчас она делала именно это, сидя перед большим монитором, с открытым ртом и пудреницей меж растопыренных пальцев. Ее безмятежный покой никто не мог потревожить, кроме громкого звонка по стационарному телефону.
— Дзии-дзиинь! — разрываясь заорал телефон.
— Ай! Гадство какое! — с досадой крикнула дамочка.
Пудреница упала на стопку важных бумаг, а помада ловко скользнула между ног, укатившись под стол. Глава комитета пришла в дикую ярость, желая убить тех, кто ее потревожил.
Женщина резко схватила трубку, громко проорав:
— Чего надо?
Но тут же сменила свой тон, натянув на морщинистое лицо улыбку и стараясь сделать ангельский голосок, что не особо-то вышло.
— Ой, прошу простить, господин. Телефонные хулиганы, да. Пытаются отомстить, вот и звонят. Но на всех управа найдется. Мы работаем как часы, в смысле непрерывна и это… — протараторила строгая барышня, превратившись вдруг в первоклассницу.
— Что? О, все чего изволит ваша княжеская воля! Ага… — спустя секунд пять, заявила она.
— Ой, как? В смысле, кхм… Продлить срок содержания Белозерова в Исправительной Академии? Нет, ну он не настолько отъявленный, если так. За него просят эти черные… эрды. И семья Грот уже обращалась. Нет! Никоим образом, господин. Раз уж так надо, то пусть. Наши Исправительные учреждения позволяют духовно возвыситься. А лишнее возвышение, так сказать, еще никому не вредило. Да, точно да! До особого распоряжения, господин!
Женщина повесила трубку дрожащей рукой и громко выдохнула.
— Вот же чертов козел. Импотент престарелый! — грубо сказала она, нахмурив нарисованные брови. — Дался мне ваш Белозеров! Задрали уже черти с ним.
Понимая, что говорит лишнее, дамочка слегка осмотрелась. Так, ее кабинет проверен. Здесь нет скрытых камер и шпионских жучков. Еще бы, если бы они были, то ей бы не удавалось проводить «воспитательные» беседы наедине с молодыми, красивыми парнями. Хотя, сейчас не об этом.
Надо поднять помаду и рассмотреть уже письменные прошения. Жуткая бумажная волокита. Ни секунды покоя.
Женщина скривилась, будто ела лимон. Взглянула под стол, нашептывая что-то ругательное. Уже хотела туда залезть, но случилось кое-что странное. Точнее даже мистическое.
Помада скользнула вперед, взлетев над блестящим полом, так, будто обзавелась крыльями. Глава комитета охнула и начала чесать подбородок, округлив густо накрашенные глаза.
Помада какое-то время просто висела. Тогда дамочка сглотнула слюну и протянула руку, чтоб ее взять. Но предмет отлетел в сторону, сделав в воздухе небольшую петлю.
— Эй! — выдала чиновница. — Погоди!
Ее лицо стало белым, губы слегка затряслись. Помада при этом лишилась своего колпачка, который улетел назад, врезавшись в шкаф.
— Ээ-ааа, — протянула хозяйка кабинета, ощущая, что медленно сходит с ума.
Помада рванулась к ней, резко черканув по лицу, и оставив на щеке «боевую раскраску».
— Нет, ты чего? Отстань, отвали! — не своим голосом заорала чиновница, отмахиваясь от невидимых комаров.
— Хорошо. Так и быть. Где содержится Артем Белозеров? — отчеканил вдруг женский голос.
— Чего? Ты… ах ты сучка немытая, — процедила глава комитета, резко краснея.
Точно! Среди магических способностей есть дар невидимости. Он редко у кого бывает, но все же. Значит, не стоит бояться. Просто какая-то дура проникла в ее кабинет. Достаточно вызвать охрану, и все очень быстро решится.
